35-й чемпіонат України
Результати 30-го тура

Кубок України 2025/2026
Результати усіх зустрічей

34-й чемпіонат України
Результати 30-го тура

Кубок України 2024/2025
Всі результати

«Чорноморець» - «Дніпро-1»
Протокол матчу

«Полісся» - «Дніпро-1»
Протокол матчу

«Дніпро-1» - «Спартак»
Протокол матчу

«Дніпро-1» у кубку України
Статистика

«Дніпро» у кубку України
Статистика

«Дніпро-1» в єврокубках
Статистика

«Дніпро» в єврокубках
Статистика

Оновлення в розділі
Програмки
Повний сезон 2015/2016

---

№	Команда	І	О
1	Шахтар	0	0
2	ЛНЗ	0	0
3	Полісся	0	0
4	Динамо	0	0
5	Металіст 1925	0	0
6	Колос	0	0
7	Кривбас	0	0
8	Зоря	0	0
9	Карпати	0	0
10	Епіцентр	0	0
11	Верес	0	0
12	Оболонь	0	0
13	Буковина	0	0
14	Чорноморець	0	0
15	Кудрівка	0	0
16	Лівий берег	0	0



10 июля 2014 г.

Джаба Канкава

«Для меня очень важна игровая практика»

- Джаба, где провели отпуск?

- В Турции. Пробыл там две недели. Больше у меня времени не было.

- А в Грузии удалось побывать?

- Буквально два дня. А потом собрались и полетели с друзьями в Турцию.

- Простите, но все же: у вас нет ни жены, ни ребенка. Как проводите свободное время, скажем, во время чемпионата?

- Так, ничего особенного. Разве что, если выигрываем, иду с друзьями посидеть куда-то вместе, в ресторан.

- То есть после футбола проводите время с футболистами?

- Да. У меня больше друзей именно из футбольного мира.

- После окончания сезона игроки «Днепра» собирались в ресторане и праздновали серебро с Хуанде Рамосом. Вас просто не было замечено на фото, или вас тогда с командой не было?

- То, что меня не было на фотографиях – правда, но на самом деле я был тогда вместе с ребятами в ресторане.

- Вам нравится публичная жизнь известного футболиста, коим вы безусловно являетесь?

- Вообще-то, приятно, конечно, быть в какой-то мере известным, но я всегда стараюсь не светиться, не ходить в людных местах, где меня будут легко узнавать.

- Почему?

- Я это делаю специально. Знаете, просто, чтобы не привлекать внимание. Это лишнее.

- Последнее светское событие, вечеринка, на которой вы побывали, кроме упомянутого празднования окончания сезона.

- Не знаю, не могу даже вспомнить.

- Да ладно! А как же дискотеки, ночные клубы?

- Бывает. Но не часто, потому что на протяжении сезона тренировочный процесс очень насыщен – готовимся от игры к игре. Времени больше почти ни на что не остается.

- За последние месяцы почувствовали себя более популярным, чем раньше?

- Имеете в виду, после истории с Гусевым?

- Да.

- Да, я почувствовал бОльшую популярность.

- Только в Украине?

- В Грузии я пробыл всего два дня, так что о родине пока не могу ничего сказать. В Турции отдыхают в основном россияне, так что тоже не знаю, а вот в Украине – точно.

- Надоедает, что разговор, наверняка, всегда сводится к одной теме?

- Знаете, я уже привык. Но вообще-то, приятно, когда тебя узнают, как футболиста, а не спасателя – слава последнего для меня ничего не значит.

- Сколько раз звонил ваш телефон в первую неделю после событий в матче «Днепр» – «Динамо»?

- Если честно – очень много. Непривычно было.

- На все звонки отвечали?

- Сначала – да. А в конце следующего дня очень агрессивно ответил одному журналисту. И больше на звонки не отвечал.

- Чей звонок стал самым неожиданным?

- Никаких особенных звонков не было. Звонили, в основном, только журналисты и знакомые из Грузии.

- В Грузии у вас большая семья?

- У меня есть брат, у которого есть жена и дети, и наша с братом мама. В Грузии мы живем все вместе.

- Футболисты в семье раньше были?

- Нет. Разве что брат играл в детстве, и все.

- В одной из социальных сетей на вашей странице в профиле вместо вашей фотографии — фото женщины…

- Это мама.

- Латиноамериканские футболисты часто рассказывают, как содержат всех своих родственников, коих от двоюродных братьев до троюродных бабушек и так далее соберется десятка с три. У вас подобная ситуация?

- У меня, может, даже больше. И это вполне нормально для нашей страны и лично для меня. Хорошо, что так много родственников!

- Расскажите об отношении вашей семьи к футболу, когда вы были ребенком? Вы всегда получали абсолютную поддержку?

- С момента, как только начал играть в детстве, я всегда получал абсолютную поддержку. Более того, родители сами хотели, чтобы я занялся футболом и всегда помогали мне в этом.

- Насколько хорошо у вас все получалось в футболе в детстве? Вы были всегда особенным или все лишь одним из многих?

- Ну, во-первых, в детстве я был нападающим, играл совершенно в другом стиле и манере, много забивая. Потом начал играть под нападающим, и только во взрослом футболе стал опорником. А что касается моего уровня в детские годы… Скажем так, в очень раннем детстве, до 10 лет, я выделялся, а потом у меня пошел возрастной спад, который длился до 16 лет. Дальше вновь начался прогресс.

- Много из ваших ровесников по школе тбилисского «Динамо» стали профессионалами?

- Где-то 5-6 человек.

- Был какой-то момент, когда вы поняли, что точно станете именно профессиональным футболистом?

- Был. Это случилось в 16-17 лет. Я тогда понял, что если профессионально буду относиться к делу, то смогу играть в футбол.

- Какое самое яркое воспоминание из футбольного детства?

- А можно я выделю своего тренера, который по-настоящему воспитал во мне игрока?

- Конечно!

- Вклад человека, о котором я сейчас говорю, в мое футбольное развитие просто неоценимо. Я рос в условиях, когда в семье иногда бывало непростое финансовое положение, и этот человек очень мне помог…

- Каким образом?

- Абсолютно во всем. И финансово, в том числе. Одно время я даже жил у него в квартире, он меня кормил, покупал бутсы и тренировал. Кроме этого мне очень помогал брат моей мамы.

- Вы говорите, что жили в небогатой семье. Кем работали ваши родители?

- Работал только отец – где получалось.

- А с тренером своим до сих пор общаетесь?

- Конечно. Я стараюсь ему помогать, чем могу, и в целом у нас хорошие отношения. Это очень добрый человек. Можете записать его имя и фамилию? Его зовут Гурам Чомахидзе.

- Готово! А он, кстати, продолжает тренировать?

- Да. Он до сих пор берет к себе талантливых мальчиков и дополнительно их тренирует. Когда мне было шесть лет, он был тренером одной из команд в Тбилиси, где я и занимался, а сейчас он просто отдельно тренирует ребят.

- Получается, вы с шести лет начали тренироваться. Не рановато ли?

- Рано. Но это пошло на пользу.

- Бывало, что вы задумывались о других вариантах профессии?

- Никогда. Я чувствовал, что стану либо футболистом, либо вообще никем.

- Как это никем? Кушать же надо. На стройку можно было пойти, строителем, вы – парень крепкий.

- Ну, я имею в виду что-то серьезное. А что касается стройки – надо было бы – пошел бы и на стройку.

- Что вы умете делать так же хорошо, как и играть футбол?

- Ничего, конечно.

- А что вы любите так же, как и футбол?

- Ну, на приставке еще играю. Но так, как настоящий футбол, я больше не люблю ничего.

- FIFA или PЕS?

- PES.

- А с кем играете в «Днепре»?

- С Сашей Кобахидзе.

- Кто кого?

- Значит, дела обстоят так: он стабильно играет за «Манчестер Сити», а я беру «Реал». А побеждаем с переменным успехом.

- Читал, что до переезда в Украину воспоминания о первом своем клубе, «Алании», у вас остались не самые приятные. Вы довольны, что в профессиональном футболе были воспитаны именно в украинском чемпионате?

- Если рассуждать с высоты нынешнего времени, то первое, о чем задумываюсь, – у меня все получается в «Днепре», следовательно, я доволен, счастлив.

- Была возможность после «Алании», когда вы перешли в киевский «Арсенал», продолжить карьеру в другой стране?

- Не было. Мне тогда помог один агент, и я приехал в «Арсенал» на просмотр.

- Долго он длился?

- Один сбор при Заварове.

- В Киев вы ехали, как в далекую заграницу и совершенно неизвестный клуб, или восприятие Украины лично у вас было примерно такое: такие же люди, бояться нечего, это почти рядом с Грузией, все отлично?

- Честно: я не думал об этом. Думал только о футболе и своих проблемах, которые нужно было решить. Все, в чем я нуждался после России – это просто попасть в какую-то команду. А что касается русского языка, то когда перешел в «Аланию», не знал ни слова. А за год там выучил, скажем так, самые необходимые слова. Вот с этими знаниями и приехал в Киев.

- Для вас это был серьезный шаг в жизни?

- Переход? Это был очень важным моментом, но у меня просто не было выбора, так как иных вариантов с трудоустройством у меня не было.

- Собственно, у вас не вызывал беспокойства тот факт, что пришлось покидать родную страну в 17 лет, ехать сначала в Россию, потом – в Украину, при чем – без знания языка?

- О, когда я ехал в Россию, да и когда в «Арсенал» переходил – то же самое, для меня очень важной была финансовая составляющая. Были большие проблемы, и мне очень надо было помочь своей семье. Больше я ни о чем не думал.

- Контракт в «Арсенале» был вашим первым глобальным финансовым достижением в жизни?

- Нет, потому что зарплата у меня была такой же, что и в «Алании».

- Но почувствовать финансовое облегчение удалось?

- Да, но контракт был далек от идеального. У меня тогда зарплата была семь тысяч долларов.

- Вы никогда не замечали, что деньги, возможно, как-то негативно на вас влияют? Вы выросли в небогатой семье, но не секрет же, что сейчас зарабатываете огромные деньги.

- В принципе, я стараюсь оставаться таким же человеком, что и раньше. А получается ли – не знаю…

- Как жить проще: с деньгами, которых хватает, в принципе, на все необходимое, но без роскоши, или с деньгами, которые не знаешь, куда потратить?

- Конечно, когда денег как можно больше. А вам как лучше?

- Я пока живу в условиях, когда о варианте номер два можно только мечтать. Насколько для вас важен фактор заработка в футболе на данный момент?

- Очень важен. Очень! И, думаю, не для меня одного – для всех людей в футболе.

- Подавляющее большинство футболистов в интервью любят использовать фразу «деньги для меня – не главное…».

- А для меня – главное. Остальные, думаю, обманывают.

- У вас нет агента. И вот, представьте ситуацию: клуб предлагает продлить вам контракт с условной зарплатой в 40 тысяч долларов, а вы хотите 60. Вы станете торговаться?

- Можем говорить без условностей, а по факту, но только не называя сумм. У меня такие переговоры были только с одним клубом – «Днепром». Более того, они происходят и сейчас, ведь у меня зимой заканчивается контракт с клубом. По крайней мере, раньше, все происходило так: я называю свои финансовые пожелания, клуб называет свои условия, и мы приходим к сумме, близкой к средней. Я никогда не упирался настолько, чтобы все было только так, как это хочу я.

- Скажите, а не проще ли поручить подобные дела и переговоры агенту?

- Да, я часто об этом задумываюсь. Это лучше для футболиста. Но я не встретил такого человека, чтобы я был уверен на сто процентов – он работает на меня действительно качественно.

- Интервью выйдет – будут звонить агенты, и каждый будет вас убеждать, что он будет работать хорошо.

- Да и так звонят: часто и много. Но только говорят, да рассказывают. А на деле – ничего не могут.

- Мне уже интересно, что у вас за требования к агентам…

- Ничего особенного. Просто, чтобы работал. А это, в моем понимании, чтобы на деле позвонил и сказал мне: «Джаба, есть стопроцентный вариант с новым клубом из топ-чемпионата». А не просто постоянно обещал все на словах.

- В 2006 году тренером «Арсенала» был Заваров. Можете, грубо говоря, поставить штамп в двух словах, если говорить об этом человеке? Например, «отличный мужик», или «скользкий тип»?

- Очень хороший человек. Для меня – вообще супер.

- А как тренер?

- Еще лучше. Он мне очень помог.

- Вы приехали в «Арсенал» через год после того, как погиб при загадочных условиях Шалва Апхазава. Вы знали об этом на момент прихода в клуб?

- Нет. Узнал только со временем. Но этот факт меня никаким образом не отпугивал.

- Как все складывалось в «Арсенале» первое время?

- Было, скажем так, нелегко. Но мне надо было просто взять все в свои руки. Плюс, очень помог Заваров, давая много игрового времени, возможность регулярно играть. Через год я ощущал, что сделал огромный шаг вперед в своем развитии.

- Где жили?

- Клуб снимал квартиру. Жил один. Иногда приезжал друг. Первый год было вот так.

- Мысли сбежать домой, в Грузию, возникали?

- Ни разу.

- Какие цели вы ставили перед собой на тот момент – момент начала карьеры?

- Просто попасть в команду. Но дело было в том, что контракт с «Арсеналом» был подписан всего на полгода. Поэтому, попав в команду, сразу же поставил перед собой новую цель – заработать трудом новый контракт с клубом. Заслужил новый договор на год.

- Когда вы узнали впервые, что есть вариант с переходом в «Днепр»? Переговоры тянулись долго?

- На то время у меня все-таки был менеджер, который жил в Грузии. Вот он позвонил как-то и сказал, что есть предложение от «Днепра». Я поехал в Днепропетровск и договорился о контракте. Вот и все. А с «Арсеналом» меня уже ничего не связывало.

- Что это было для вас: более выгодное финансовое предложение, от которого не откажешься совсем никак, или возможность для карьерного роста?

- И деньги были важными, и другой уровень футбола и задач. В «Днепре» я сразу понял, что это такой уровень, когда нужно либо на сто процентов оставаться профессионалом и в футболе, и в жизни, либо у меня ничего не получится. В «Арсенале» подобных мыслей у меня не возникало.

- Конкуренцию по собственному самочувствию выдерживали в «Днепре» с первых же дней?

- О, было очень сложно! Конкуренция была высочайшей. Особенно тяжело было выглядеть достойно на фоне Грицая и Шелаева. Плюс, позже пришел Ротань. Так что пришлось мне несладко.

- В «Арсенале» у вас все было хорошо с игровым временем. В «Днепре» вы многим рисковали в этом плане.

- Да. Но как я мог отказаться, если мне предложили лучшую зарплату, при возможности развиваться и играть на более высоком уровне?

- Полтора года при Протасове складывались лично для вас весьма неплохо, вы играли более-менее стабильно. Потом помешала только лишь травма, или что-то другое?

- Исключительно травма. Бессонов так же видел меня в своей команде. Когда он приехал, он всячески меня поддерживал. Но травма, в итоге, не позволила мне играть на протяжении двух лет. Я долго лечился, потом начинал тренироваться, и сразу же снова выпадал, как минимум, на две недели. И так по кругу.

- А что за травма?

- Перелом пальца на ноге. Сделали четыре операции, но все никак не мог залечить повреждение. Пошел рецидив за рецидивом. Причина – неправильно и плохо лечили с самого начала?

- В Украине?

- Нет. Первое время и операцию мне сделали в Грузии. Почему я выбрал ее – мой друг провел там такую же операцию, и ему удалось вылечиться в кратчайшие сроки. Мне повезло меньше. Окончательно вылечился лишь в Германии.

- За десять лет в большом футболе у вас случались недопонимания или ссоры с тренерами?

- Было дело в «Алании». Там часто меняли тренеров. Я был молодой, часто не мог сдержаться, говорил то, чего не надо было, поэтому и проблемы часто возникали.

- Что касается травмы: многие, мне кажется, упали бы в глубокую депрессию на вашем месте.

- Сначала все было более-менее. А через полтора года упал в глубокую депрессию. Я даже не мог дома нормально разговаривать с семьей, все кричал, нервничал, стал очень агрессивным. Только последняя операция вернула меня в чувство.

- На момент двухлетней паузы видели для себя какие-то перспективы в «Днепре»?

- Поначалу было чувство, что вот, начну, и сразу же все будет хорошо. А через год реально осознал, что так, как было раньше, уже вряд ли когда-то получится.

- В Кривой Рог ехали, как на каторгу, или спокойно отнеслись к такому «трансферу»?

- Конечно, «Кривбасс» после «Днепра» – это был однозначно шаг назад. Но у меня не было выбора, и в то же время очень хотел играть.

- Зарплата в «Кривбассе» осталась той же?

- Да.

- Два года в Кривом Роге – это была борьба за возобновление успешной карьеры или обычный режим жизни, тренировок, игры без лишних мыслей о проблемах?

- У меня было желание играть в два раза больше, чем раньше. Все-таки не играл два года, и очень хотел доказать в первую очередь самому себе, что могу еще чего-то достичь в футболе. Конечно же, ничего бы у меня не получилось, если бы не помощь Юрия Максимова.

- В «Кривбасс» вас отправил Хуанде Рамос, который тогда только-только возглавил «Днепр». Как все происходило?

- Мы познакомились, и он сразу же сказал, что слышал о моих проблемах со здоровьем, попросил детальней рассказать. Я ему все объяснил, после чего я начал тренироваться под его руководством. Он на меня смотрел, а я понимал, что даже бегать нормально не могу и нахожусь в ужасной форме. Рамос сказал: «Ищи другую команду». То же самое он сказал Калиниченко и Назаренко. Я поговорил с Андреем Стеценко, и он сказал, что есть вариант с переходом в «Кривбасс».

- Для вас стало откровением, что Хуанде Рамос распорядился таким образом?

- Нет. Я ожидал такого поворота событий.

- Ваше возвращение в «Днепр» выглядело со стороны, как жест отчаяния от Хуанде Рамоса: Дерек Боатенг в последней момент начал бузить, и заявил о желании сменить клуб, после чего пришлось возвращать вас.

- Это правда. Думаю, если бы Боатенг тогда, по сути, не ушел из команды, я бы в «Днепр» не вернулся.

- Это более, чем странно, ведь вы сразу после возвращения попали в обойму основных игроков.

- Профессионалом надо быть. У меня было двойное желание остаться, и чтобы тренер уже не захотел меня отпускать в другой клуб. Я просто тренировался и делал все, что было в моих силах.

- Были вещи, которые откровенно удивили вас после начала работы под руководством Рамоса?

- Рамос – большой профессионал. У него был недельный график работы, и каждый человек в команде знал, что ему надо делать и когда, поминутно. Плюс, при нем была большая дисциплина. Большая, чем при украинских наставниках.

- Он часто общался с вами тет-а-тет? Мог спросить, мол, «Джаба, как там родные? Все хорошо дома?»?

- Он очень редко разговаривал с игроками. О чем-то подобном мог спросить второй тренер, его помощник, но сам Рамос в принципе нечасто с нами общался.

- Это плохо?

- Для меня очень важна игровая практика, а все остальное – второстепенное. Да пусть тренер вообще ни слова не говорит, главное – чтобы я играл.

- За последние годы футболисты отзывались о Рамосе с огромнейшим уважением и преданностью. Чем он это заслужил?

- Наверное, тем, что последние два года мы очень неплохо играли, были результаты и очень хорошая атмосфера в коллективе.

- То, что он использовал большую ротацию состава, принималось игроками как должное всегда? Или были непонимания на этой почве?

- Все зависит от конкретного игрока. Рамос всегда выбирал состав, отталкиваясь от соперника. Что касается лично меня, то, по правде говоря, бывали случаи, когда я понимал, что нахожусь в великолепной форме и могу помочь команде. Но бывало даже такое, что, забив победный гол в одном матче, в следующем ты можешь вообще не выйти на поле даже на замену. Бывало, я не понимал происходящего. Но никогда об это не говорил вслух, потому что это – решение тренера, и оно не обговаривается.

- Когда игроки уходили в отпуск, вы предполагали, что Рамос может уйти? Ротань говорил, что он был уверен в том, что Рамос останется.

- Я тоже думал, что он останется. Мы знали, что у него есть договоренность о встрече с руководством, и думали, что они договорятся о новом контракте.

- Вы расстроились или спокойно к этому отнеслись?

- Спокойно. Я же не в том возрасте, чтобы плакать. Жизнь-то продолжается.

- Вы успели узнать Рамоса не только, как тренера, но и как человека? Были какие-то поступки, откровенные разговоры, которые могли показать, какой он на самом деле человек? Или разгадать его до конца так и не удалось?

- Мне кажется, что Рамос очень солидный, но в то же время необщительный, скрытный человек.

- Назначение Маркевича вас удивило?

- Нет. Потому что он был без работы, при этом ранее проведя отличную работу с «Металлистом», достигая с ним в том числе и хороших результатов.

- Многое изменилось с приходом Маркевича?

- Конечно, изменения ощущаются, и касаются они тактики. У нового тренера – другое виденье футбола. «Днепр» теперь будет играть иначе.

- А вам какой стиль больше нравится?

- Да какой тренер скажет, такой и нравится!

- Вы сами вспомнили, что у вас осталось погода контракта с «Днепром». Вы приняли для себя какое-то решение на счет будущего?

- Сейчас как раз проходят переговоры на счет нового контракта. Я думаю, что все получится: договоримся и продлим наше сотрудничество.

- А для вас является целью остаться в Днепропетровске?

- Да, я хочу играть в «Днепре». Во-первых, у меня нет вариантов с переходом в клуб-гранд из Европы. Есть варианты с клубами-середняками, но пусть даже и в лучших чемпионатах, я, пожалуй, не хочу «Днепр» менять на что-то подобное. Я привык к городу, команде, болельщикам. Думаю, мне будет хорошо и комфортно, если я останусь здесь.

Анатолий Волков, Football.ua

Джаба Канкава, все интервью

«За повних трибун»
Україна - Нігерія

«Перемога в дебюті»
«Дніпро-1» - «Олімпік»

«Останнє дербі?»
«Дніпро» - «Дніпро-1»

«Розгром після перерви»
«Дніпро-1» - «Таврія»

«Спогади про дербі»
«Дніпро-1» - «Металіст 1925»

«Дебютний успіх»
«Дніпро-1» - «Буковина»

«Не дограли...»
«Дніпро» - «Волинь»

«Чергова нічия»
«Дніпро» - «Сталь»

«Три очки втримали»
«Дніпро» - «Зірка»

«Забити не вдалося нікому»
«Дніпро» - «Карпати»

«Чергові втрати»
«Дніпро» - «Динамо»

«Усе нормально... Падаємо!»
«Дніпро» - «Олександрія»

«Навіть нічию не втримали»
«Дніпро» - «Зірка»

«Повернення капітана»
«Дніпро» - «Зоря»

«Перевагу не втримали»
«Дніпро» - «Ворскла»

«Нічия без феєрії»
«Дніпро» - «Сталь»

«Блискучий початок»
«Дніпро» - «Волинь»