23 марта 2015 г.

Роман Зозуля

«Я готов был играть даже с поломанной ногой»

Форвард «Днепра» Роман Зозуля впервые за четыре года дал больше интервью журналистам передачи «Профутбол».

- Принести деньги военным — это не главное, а главное — поговорить, проявить внимание. Честно, когда я впервые приходил, то у меня были мурашки. И когда я от них уходил, был такой адреналин, столько эмоций, столько сил. Это так заряжает… Эти пацаны — они герои наши. Мы приходим и разговариваем. Там не главное принести деньги. Это им не надо вообще. Главное прийти с ним поговорить, проявить внимание. …Историю рассказали: наш кировоградский спецназ, ехали на танке. Четыре-пять человек, один раненный был. И начался обстрел, а они поверх танка сидели. Прыгнули вниз. А один так и сидел наверху. Ему говорят: «давай слазь сюда вниз». Он так заглянул: «а там мало місця, мені і тут добре!» Понимаете, как это? Идет обстрел, а он лег на танк сверху, и так весь обстрел ехал. Он даже вниз не залез, потому что для ребят там мало места. Я на него так смотрел… Хотел его обнять. Когда прощались, попросил его пожалуйста, больше не езди так на танке, не загорай там. Просто прыгни вниз и все. Вот так играешь в футбол и думаешь о стране. В АТО я поехать не могу, поэтому чем могу, тем и помогаю. И то, что я выхожу с флагом нашим — это в очередной раз показывает мою позицию. И, может, делаю им приятно. Они потом звонят, говорят: «спасибо большое, нам очень приятно». Чем могу, тем помогаю.

Нужно люстрировать арбитров, пусть в мусорке посидят полчаса…

- Когда ты судье говоришь товарищ судья, не было пенальти, а он тебя на три буквы посылает… Ему можно меня посылать, а мне нельзя сказать, что он плохой человек, не то свистнул? Он мне сразу желтую дает. Как мне ему ответить? Я четвертому говорю, тут ничего не было товарищ судья. А он меня матом посылает. Все думают, что судьи они такие — свиснут и успокоятся. А судьи посылают еще похлеще футболистов. Просто этого никто не видит. …Рыжий этот? Это последний матч, ему же нужно было денежки заработать. Вот он и заработал. Там вообще смешно. Когда Стринич про себя матюкался, что мяч вышел. Он матюкается по-хорватски. Судья подбегает и дает красную. Говорит, я понимаю по-хорватски. Клоун, пусть сейчас поговорит по-хорватски с Калиничем. Хорватский он понимает… Много было таких матчей, про Рамосе — через игру. А сейчас по барабану, война в стране. Сейчас даже не думаешь за тех судей. Дай Бог им здоровья, тому рыжему, как его… И «Шахтер» уже не в Донецке живет, а в Киеве. И судьи понимают, что все меняется. Он же сейчас не выйдет в наглую и не засудит «Днепр»… Сейчас может по голове получить, можем его люстрировать. Нужно всех, кстати, люстрировать. Пусть в мусорке посидят полчаса. Может, что-то дойдет до них. Они же не глупые, и начинают чуть меняться.

Для меня голы вообще не важны…

- Я — однолюб. Люблю свою жену, мне больше никто и не нужен. Я любил «Динамо», но так получилось, что ушел в «Днепр». Это долгая история, все было не так, как хотелось. Первые полгода сильно жалел, но затем влюбился в «Днепр». Я в Киеве провожу время только в отпуске. Жена и ребенок против того, чтобы я оставался на фронте. Если уже сюда придут, надо защищать свою семью и страну. Дальше Днепра враги уже не пойдут. Мы все так говорим, что футбол вне политики. На самом деле футбол – это все политика. Просто замкнутый круг. Посмотрите другие чемпионаты… Бог все видит, Бог за все наказывает. Посмотрите, что твориться с «Металлистом». Да, я – нападающий, но в душе я — защитник. На самом деле, не обращаю на это внимание. Для меня голы вообще не важны. Есть у нас бомбардиры, которые думают, что лучше проиграть 5:4, но я бы забил четыре. Мне наоборот – 1:0. Я могу не забивать весь сезон, но мы бы выиграли чемпионат. При Маркевиче начал играть правым полузащитником. Моя первая задача – это больше защита.

О тренере Рамосе…

- Когда меня на тренировке в первый раз увидел Хуанде Рамос, он подозвал Диму Михайленко и сказал: забери его обратно к себе в дубль. Испанец считал, что я игрок резерва. Михайленко пытался доказать, что я игрок первой команды, но он и слышать не хотел. На мою позицию Рамос планировал купить нового игрока. Но все же мне разрешили тренироваться с первой командой. Понаблюдав за моей игрой, Рамос сказал: Вижу, ты хорошо борешься, давай я из тебя сделаю правого защитника, и ты будешь еще и в сборной играть. Отвечаю: Как скажете, мистер, для меня главное играть. Сборы я провел на позиции правого защитника. Коноплянка с меня тогда постоянно смеялся. Затем потихоньку стали подпускать в полузащиту, чередовать позиции. Но на первый официальный матч, после периода подготовки, Рамос неожиданно поставил меня вперед. Я тогда хорошо сыграл, мы выиграли домашнюю игру и он, наверное, по-другому стал смотреть на меня. Помню, у меня было воспаление легких, я три дня пролежал в кровати, вдруг звонок в шесть часов утра: «Ты должен приехать и играть с «Металлистом». После тех слов Рамоса я готов был играть даже с поломанной ногой.

О серебре «Днепра»…

- В прошлом году мы выиграли серебро, но для нас это как золото, пусть в «Шахтере» не обижаются. Я с ним разговаривал, и они сами понимают, что там не так гладко все было. Мы когда выходили на матчи УПЛ, соперники других команда нам говорили: Ребята, станьте чемпионами, вы это заслуживаете. У «Шахтера» хорошие исполнители, без вопросов, но в прошлом чемпионате мы были сильнее. Мы их дважды обыграли в чемпионате и должны были выиграть золотые медали.

«Днепр» — «Металлист» — дерби круче, чем «Динамо» — «Шахтер»…

- Играя в «Динамо», даже не знал, что матчи между «Днепром» и «Металлистом» такие принципиальные. «Шахтер» — «Динамо» — это детский садик в сравнении с матчами днепропетровцев и харьковчан. Помните игру, когда свет пропал, у нас тогда такой настрой был, мы им кричали: «выходите, будем без света играть!» Этот матч я пересматривал несколько раз, мы так бежали, накрывали. Удивляюсь, откуда только столько сил было.

О несостоявшемся переходе в «Вест Хэм»…

- Я мог перейти в «Вест Хэм», встречался с тренером Сэмом Эллардайсом. Разговаривали с ним около часа, и вроде все складывалось положительно. Он спрашивал, где я люблю играть, на какой позиции. Ему, кстати, не понравилось, что я всегда злой. Пришлось сидеть и улыбаться, хотя вечером у «Днепра» была игра с «Тоттенхэмом» и мне пришлось заехать на полчаса. Андрей Викторович, извините. Эллардайс был на нашей игре с «Тоттенхэмом», а после сказал, что все окей, мы тебя наберем. Когда такое говорят, это значит, что уже не перезвонят.

Об ответном матче плей-офф с Францией…

- После первой игры мы очень наелись, наверное, не успели восстановиться. Как правильно Коноплянка сказал, в штанишки навалили. Даже сейчас, стоит только вспомнить тот матч, настроение пропадает на весь день. Думаешь, ну как так можно было? Но сейчас мы уже пишем уже другую историю, впереди – игра с Испанией.

fcdnipro.com

Роман Зозуля, все интервью